Такой была война

Продолжаем публиковать материалы из архивных подшивок прошлых лет. На сей раз в фокусе — статьи, которые были напечатаны к 50-летию со дня Великой Победы. 50-летие Победы. Но для кого-то он одновременно и грустный. Не пришлось увидеть этот светлый день и моему отцу — Амирьяну Шайхлисламовичу Шайхлисламову. В восемнадцать лет он начал свой боевой путь и закончил его на параде Победы в г. Москва. Он не дожил до 50-летнего юбилея Победы. В 1991 году его унесла болезнь. В последние годы он делал записи для себя и для детей. Посылаю отрывки из нашего семейного отцовского архива, — написала в редакцию З.А. Шайхлисламова, дочь ветерана, учитель из с. Урмиязы.

10 ноября 1943 года. Провели праздник Октября. Из Алкино все наши три полка уходят на фронт, каждый собирается радостно, верит, что скоро разгромит врага и вернется домой. И никто не мог представить, что может в первый же день боев его не станет в живых. Нам выдали новое обмундирование — ватные штаны, фуфайку, шинель. Пятисуточный паек еды — сухари, консервы, сахар. 47 лет прошло после войны. Не все помню, но ясно знаю: этот паек на пять дней любой из нас, здоровый, восемнадцатилетний парень, мог съесть за день. Так тогда многие и делали пока ехали пару дней, еда была у всех. Потом на станциях ребята начали менять на еду свои фуфайки, одежду.

В товарном вагоне нас набилось до 40 человек — в два этажа нары, под голову-вещмешок. В самом центре вагона топится буржуйка. Туда подсыпаешь каменный уголь. От печки — жар, а от стен вагона дует пронзительный холодный ветер, тесно, неудобно, но солдаты не унывают — смеются, рассказывают анекдоты, вспоминают.

Мы ехали к Днепру: там, на правом берегу, в руках врага находился город Черкассы. Здесь уже пятнадцать дней вел кровопролитные бои 182-й полк 62-й гвардейской дивизии 2-го Украинского фронта. Задача — форсировать Днепр. Медленно, почти неделю мы ехали до линии фронта, навстречу нам эшелон за эшелоном везли раненых. Нас объезжали составы с оружием, боеприпасами, снаряжениями для войны.

В одну из темных ночей нас остановили, построили вдоль состава, проинструктировали как вести себя на войне, в бою. Сообщили что правый берег Днепра хорошо укреплен врагом, он силен, опытен, а к нам едет подкрепление из Сибири. Мы начали готовиться к наступлению, первым делом стали собирать все для переправы — украинское население прислало лодки, лес для плотов. В моем отделении 11 человек, в нашем распоряжении лодка. Ширина реки местами доходит до километра, ночью река кажется морем без границ, без края. Черным валом виднеется правый берег — там враг укрепил доты, дзоты. Стоит конец ноября. Получили приказ начать наступление. Артиллерия открыла огонь по линии врага, десятки самолетов начали бомбить немецкие укрепления, пехота начала переправляться на другой берег. Но не так это было просто. Враг был силен, долго готовился, пехота с первого раза не смогла переправиться, с большими потерями солдаты добрались обратно. После пулеметного обстрела с истребителей врага и у меня в отделении появились потери, трое погибли, двое ранены, Таким было мое первое боевое крещение. Стали готовиться к новому наступлению. Наша артиллерия не прекращала огня, вражеские укрепления также бомбили «катюши». И наши потери растут, хотя постоянно пребывает пополнение.

Начало декабря. Начинается новое наступление, разведка донесла, что наши силы превосходят врага. Опять под сильным огнем авиации-артиллерии пехота пошла в реку. Вой, свист, разрывы бомб, крики, тонущие плоты и лодки-все смешалось. Ледяная вода обжигало тело, Кто вплавь, кто на уцелевшей лодке или на плоту, уцепившись за бревно, стремились доплыть на тот берег. 9 человек из моего расчета смогли переправиться и укрепиться на берегу. По временному понтонному мосту начали переправу артиллерия, танки, техника. В этот день город Черкассы был освобожден от врага. Помню, когда уже переправились, погиб от вражеской пули наш любимец, 18-летний командир взвода лейтенант Хмельницкий. А скольким солдатам стала могилой кровавая вода Днепра. Жестокие бои шли также за поселок Вопнярка. Сколько же тонн снарядов сбросил на эту

землю враг, решив стереть его с лица земли. На Украине зима теплей, чем у нас, как наша осень. На сапоги налипает столько грязи, что трудно бежать.

Настала весна. Догоняя врага, мы подошли с боями к Молдавии. Шел бой за очень большую деревню, не помню названия. Снаряд разорвался совсем рядом. Двух наших накрыло сразу, а меня ударило осколком в ногу. Пытаюсь подняться, не могу. Потом меня доставили в госпиталь, это было в Полтавской области. В госпитале насмотрелся как мучаются люди, По двое суток раненые ждали операции. Так было их много. Страшные мысли лезли в голову, когда терпеть боль было невмоготу. Как мужественно, героически работали здесь медики — хирурги, медсестры! Я думаю, они вообще не отдыхали. Осколок из ноги мне удалили, хирург дал мне его на память, но я вскоре потерял его. Нога стала заживать. Мы с ходячими ранеными начали выходить в город. Недалеко от госпиталя был базар — ходили туда. Но однажды видели на базарной площади, на специально отведенном месте повешенных — потом мы узнали , что это вешали тех, кто работал на фашистов во время оккупации.

Два с половиной месяца в госпитале прошли быстро. Вручив нам документы, отправили в запасной полк в Румынию. Впереди были новые бои.

Газета «Надежда» № 58 от 18.05.1995 года.